В случае если немцы попытаются все же прорваться

Она оглядела комнату, светлую и чистую, с большой беленой печыо, с аккуратно составленными в углу ухватами,

медным блестящим рукомойником у дверей, с металличе-С, й застланной пикейным покрывалом кроватью. В комбате' было тепло, просторно, приятно пахло смолистым де-гевом вымытыми полами, печеным хлебом.

—' Нельзя нам уходить... А вы кушайте, кушайте,— продолжала старуха.— Молочко у нас на весь район знаменитое" Мы его в город, в детский сад, возили, когда мирная жизнь была...

— Хорошо, спасибо,— пробормотал лейтенант и посмотрел на Павла.

— Да вы не стесняйтесь, чего уж! И дай вам оог долгой жизни, сыночки!

Старуха низко поклонилась и пошла к двери. На ходу она носком ботинка поправила завернувшийся уголок половика.

Лейтенант подождал, пока не затихли в сенях ее неторопливые шаги. Он насупился, отчего его густые, в одну линию брови ощетинились.

— Имейте в виду,— сказал он,— если вы отступите без приказа, я расстреляю вас.

Экология, не сдержавшись, улыбнулся: ему положительно нравился новый командир.

«Петушок какой!» — удовлетворенно подумал оп.

— Учту, товарищ лейтенант! — вслух сказал    Флора.— Обязательно.

Ему хотелось как-нибудь яснее выразить командиру свое полное одобрение, но тот был слишком суров и неприступен.

— Учтите также,— продолжал лейтенант,— дорогу    мы заминировали. На левом фланге нас прикрывают канава и лес. И противник, вероятнее всего, попытается обойти нас справа, на вашем участке. Впрочем, в этом случае я поддержу вас.

— Благодарю, товарищ лейтенант! — с чувством сказал Флора.

—^ в лоб, вы вступите в бой только по моему приказу. Не обнаруживайте себя преждевременно. Что вам неясно? Говорите.

— Никаких неясностей,— весело ответил Флора.

Все. Можете идти.— Лейтенант едва заметно покосился на молоко.— Если хотите, выпейте вот это...— И он показал на кружки.

гтт«      ел взял °ДНУ из них и с наслаждением, длинными лотками осушил.

— А вы что же? Или не любите? — вытирая рот, сиро, сил он.

— Я? — Лейтенант как    бы удивился.— Могу    и я,— пожав плечами, проговорил он.

Никогда не вступайте в пререкание с командиром Трудно, в самом деле, приходится бедняге с нами Юный лейтенант чувствовал себя явно неловко На румяном лице девушки он прочел боязливое любопытство Очень слабый гудок донесся откуда-то И на балкон к нам вышел товарищ Ленин