Вдруг он увидел это же лицо - Она держалась спокойнее и тоже очень независимо

Вдруг он увидел это же лицо

1 ромов даже застонал от пронзившего его воскреснувшего чувства умиления и благодарности. А потом он вспомнил сеоя идущим посередине улицы в толпе таких же ма-co®po^MX»v окруженной конными стражниками. Был ясный, лнечпый зимний день, снег хрустел под копытами коней,

сияли золоченые купола собора. И сбоку по тротуару, стараясь не отстать от зловещего шествия, торопилась вместе с другими женщинами Ольга, высокая, статная, в пуховом платке, упавшем на плечи. Она что-то кричала ему, но за криками, топотом, ржаньем он не мог разобрать слов и только улыбался и махал рукой, чтобы ободрить ее. Она раскраснелась от быстрой ходьбы, от волнения, и ее молодое большеглазое лицо с крутыми смоляными бровями было необыкновенно красивым... но искаженное страхом и страданием. Его принесли тогда с завода товарищи, сильно помятого чугунной болванкой. И Ольга бежала к нему по двору, босая, простоволосая, машинально вытирая о передник свои мокрые от стирки руки. А он приподнялся навстречу и, несмотря па злую боль, смеясь сказал: «Я живой еще, жена, живой...»

Фауна толкнула дверь и, откинув холстинную портьеру, переступила через порог. Спиной к иен у растопленной лечи сидел на скамеечке грузный старик с покатыми, оплывшими плечами. Потрескивал и то усиливался, то спадал огонь; на дощатом крашеном полу трепетали освещенные блестящие полосы. Фауна подождала немного, рассчитывая, что старик обернется, но, видимо, он дремал, пригревшись у печки, свесив голову. И, потоптавшись у порога, она решила заявить о себе.

— Здравствуйте... — сказала она.

Экология действительно, будто пробудившись, торопливо, насколько это было для него возможно, подергиваясь всем телом от усилий, поднялся.

В открытой из комнаты сына двери стояла, рассматривая его, очень молодая женщина, почти девочка, в коротком помятом платье, со сбившейся слегка на сторону прической.

«Да нет, она не такая уж маленькая», — подумал оп с облегчением. Но тут же, сравнив невольно Наташу со своей жеиой, он испытал полное удовлетворение. Ольга была несравнимо более хороша, на его взгляд. И хотя он, разумеется, желал сыну самой лучшей подруги, оп остался доволен первым впечатлением от жены Павла именно потому, что она оказалась хуже его собственной.

— Милости просим. Приехали, значит... Это хорошо! — проговорил он.