Рядом с нею узкоплечий, сутуловатый Анисимов - Они знали, что его корпуса заминированы - У стола под лампочкой с жестяным кружком

Рядом с нею узкоплечий, сутуловатый Анисимов

ска Ж ЭТ0' ^етяша- ~~ сразу изменив тон, жалобно

ала женщина,— Все гонят, все не допускают. Пока сюда

дойдешь, одного страха сколько натерпишься... А тут сызнова канитель начинается... Как будто я чужая тебе...

Лицо ее было неясно видно в темноте, но Флора, улыбнувшись, подумал, что, когда эта женщина разговаривает с мужем, вся ее воинственная независимость мгновенно улетучивается.

— Извините ее, товарищ командир взвода! — сказал Анисимов.— Бабы — они военного устава не понимают. Партизанщины в них еще много, сами знаете, наверно. Не стоит и обижаться...

— Чтоб это было в последний раз,— проворчал Синельников. — В противном случае вы мне ответите, товарищ Лнисимов, слышите?

— Это как же?— встревожилась женщина.— Я, значит, не подчинюсь вам, а через меня неповинный человек в ответе будет? Это где же такое беззаконие видано? Да я до самого генерала вашего дойду!..

— Маруся, не вступай в пререкания! — снова остановил Анисимов жену. — Помолчи!

— Молчу... Ох, господи! — недовольно сказала женщина.

И снова бойко заговорила, как только Анисимов принялся выкладывать себе на колени содержимое доставшегося ему пакета.

— Это тебе, пожалуй, сгодится, Петяша! — объявила она, рассматривая теплые носки, оказавшиеся среди подарков. — Жалко только, что пятка не двойная... И сама я поплотнее вяжу...

Оиа наклонилась к фонарю, и Флора теперь лишь рассмотрел ее гладкое, крепкоскулое лицо с прямым носом, с тонкими, красиво очерченными губами., со своей клочковатой бородкой, выглядел намного старше. Но, по-видимому, как подумал Флора, это нисколько не мешало ее неукротимой супружеской привязанности. Опоражнивая бумажный мешочек, шахтер на самом дне его обнаружил маленький, завернутый в носовой платок шестигранный флакончик духов. Отвинтив пробочку и понюхав желтоватую жидкость, он удовлетворенно кивнул.

— «Гвоздика», — прочитал затем Анисимов этикетку. — Главпарфюмер, фабрика «Новая заря», Тэжэ... Так-с... — И он протянул флакончик жене.

— А это тебе, Марья Никитична! Не богато, да в самый раз... — сказал он.

— Что ты, Петя! — Женщина засмущалась, и даже при

пом свете огарка было заметно, что она покраснела. — Яля кого это я стану теперь душиться?..

—- Бери, бери... Твои любимые — «Гвоздика»,— сказал Анисимов с грубоватой ласковостью.

«Вот он какой кавалер!» — мысленно одобрил пулеметчика Флора.

Женщина взяла духи, Анисимов пошарил у своих ног и поднял с пола початую бутылку водки, вероятно принесенную женой и поспешно убранную при появлении ротного начальства.