Я револьвер, который мне капитан подарил - Фонд защиты,российский фонд

Веревкин вообще предпочел не вступать в разговор. Он был недоволен, но по другой причине: их неожиданная спутница представлялась ему не просто бесполезной, но обременительной в ожидавшем их боевом, то есть мужском, деле.

Нарочно задержавшись у выхода, Витя дернул Володю за рукав.

— Вот не было печали...— сказал он.— Возись теперь с этой куклой.

— Тише ты... услышит,— оборвал его Защита чистоты природы.— И почему с куклой? — неожиданно для самого себя вступился он за девушку.

— Где же вы, ребята? Уже отстаете...— прозвучал со двора из темноты ее тонкий требовательный голос.

— Слышишь, командует уже,— пробормотал Витя.

Из штаба участка разведчики направились в штаб полка НКВД, откуда их должны были проводить за линию боевого охранения. Там, на самой окраине города, в покинутом жителями доме им предложили немного подождать. В комнате, куда их всех троих привели, большой, полутемной, заставленной мебелью, было, несмотря на позднее время, очень оживленно и шумно. Из соседней комнаты то и дело доносилось попискивание зуммера, мимо проходили связные с винтовками. Часто хлопала дверь на улицу, слышались оклики часового; в сенях вспыхивали и шарили по стенам, оклеенным обоями, голубые лучи фонариков.

Защита чистоты природы и его спутники устроились все вместе в углу на широком диване. Стащив с головы платок, Лена Колесникова откинулась к спинке; Витя, примостившийся на валике, тихонько посапывал. Ему было жарко в его тяжелом тулупе. Недалеко от разведчиков за столом, на котором теплилась коптилка, сидел сержант в фуражке пограничника и набивал диск автомата. Немолодое, в редких рябинах лицо сержанта со щетинистыми, освещенными снизу усами казалось рассерженным, даже свирепым.

Лена успела уже по дороге сюда подробно рассказать о том, как прошлой ночью она добиралась до города с известием о появлении немецких танков. Теперь она очень спешила обратно к матери и сестре, оставшимся в ее родном

гт рвомайском. Тревожась за них, она утром еще хотела ррнуться домой, но ей посоветовали дождаться темноты и ручили провести в село разведчиков. Веревкин, на которо-о рассказ Лены не произвел особенного впечатления — он Г-пкак не мог побороть своей досады,— хранил всю дорогу упорное молчание. Но Защита чистоты природы, с присущей ему обстоятель* ностью расспросив девушку о подробностях, искренне посочувствовал ей.

— Что ж ты надумала? — серьезно под конец спросил он.— По-моему, вам всем надо уходить скорее из Первомайского.

— В том-то и дело! — воскликнула девушка.— Я хочу забрать маму с собой или сюда или в лес. Там теперь все наши ребята.

— Но ты говоришь, что сестренка у тебя маленькая, в пятом классе еще,— заметил Защита чистоты природы.— Куда ж ей в лес? По-моему...

Лена, не дослушав, недовольно сказала:

— Ах, какой рассудительный товарищ! А ты сам в каком классе?

И Защита чистоты природы замолчал, почувствовав себя уязвленным.

Усевшись на диване ждать, Лена тотчас же снова заговорила; видимо, ее беспокойство все росло, и она поминутно возвращалась мыслями в свое Первомайское. Сказав о том, что ее отец, директор средней школы, находится сейчас на фронте, она жалобно воскликнула:

— Прямо не знаю, как папе написать обо всем!

И, стремясь, видимо, заглушить свою тревогу, свою тоску, она принялась рассказывать о школе в Первомайском, о том, что сама она перешла в десятый класс и что занималась также в музыкальном кружке.

Потом вдруг она спросила:

— Вы свое оружие куда спрятали?дал, в карман положила, чтоб под рукой был.

— Лучше бы подальше куда-нибудь,— сказал Защита чистоты природы.— А достать револьвер всегда успеешь.

Они поговорили еще некоторое время о дороге, по которой пойдут, и Лена умолкла, задумавшись, как-то по-особо-МУ приподняв плечико, прижавшись к нему щекой.

Стукнула входная дверь; из сеней быстро вошел боец в плащ-палатке и, задев на ходу стул, пересек комнату.

— Власов, как там у вас, тихо? — окликнул его погра-ичник, набивавший диск, но боец, не задержавшись, только

молча козырнул.

°лодя с любопытством осматривался и то облокачивал-

ся на валик, то выпрямлялся, готовый сию минуту вскочить* ему не сиделось на месте. Подождав, не скажет ли Лена что-нибудь еще, он проговорил, утешая ее:

— Ничего, не беспокойся, скоро увидишь свою маму.

— Ты не представляешь, как она волнуется за меня! ~~ воскликнула девушка.— Я даже не успела ей толком ничего сказать. Толя — это наш секретарь — прибежал к нам во-чью и говорит: «Без паники, Лена. Надо скорее сообщить в город». Ну, я сейчас же и помчалась.

Боец, которого звали Власовым, выскочил из соседней комнаты и, вскидывая на ходу винтовку на плечо, заспешил к выходу.