Почти неуловимые для стороннего взгляда признаки

Старый город, его неясные границы. Нет, не Садовое кольцо — куда более сложная, причудливая линия, определяемая не столько историческими и архитектурными признаками, сколько воспоминаниями, въевшимися с годами представлениями о том, что такое Москва. надежности, добротности и незыблемости. Особая порода людей, к которой принадлежишь в силу неважно каких обстоятельств, и это, в данном случае, не предмет гордости, не основание для того, чтобы возомнить себя избранником, кичась причастностью к некой давно не существующей касте, — просто очевидный факт, с ним нельзя не считаться.
Тут господствуют свои запахи, ветры, звуки, следы тех, кто заходил в эти булочные, овощные и бакалеи еще совсем недавно — может, лет двадцать назад. Другие люди на улицах, площадях, в магазинах, учреждениях. Бывшие обитатели куда-то делись, покинули старый город, были оттеснены на окраины, немногие растворились в нем, а старые дворы, подворотни, где прежних обитателей уже нет, тоже изменились до неузнаваемости.
Вместе с женой и двумя дочерьми (семи и пятнадцати лет) я занимаю три комнаты в родительском доме. Могучие стены, широкие подоконники, окна со шпингалетами. Света маловато, требуется ремонт; в четвертой комнате — престарелая соседка. Я бы с радостью переехал в отдельную квартиру такой яге площади, но обязательно в центре, а это практически невозможно. Всю молодость мечтали об этом, тогда еще с нами жили родители, но я оказался не из тех, кто умеет устраиваться. Мечты остались мечтами. Перегорело, ушло. Мы все реже возвращаемся к этому вопросу.
Что такое городской микроклимат и как трудно, болезненно — до перебоев в сердце, до спазма в горле — менять место жительства, знает лишь тот, кто врастал в свою квартиру, лестничную клетку несколькими поколениями. Сколько слез было пролито уезжавшими. И провожающими.
Там, за невидимой границей, начинался другой город. Монотонные кварталы, типовые коробки, низкие потолки, стерильная белизна степ. Жизнь без вкуса, цвета и запаха, способная вызвать скачки артериального давления, нагнать щемящую тоску.

Или ему понравилась еда, или он постарался облегчить мне мытье посуды У него всегда право выбора, он король положения Нужно научиться держать себя в руках ради самого близкого, дорогого человека Порой я чувствую себя хранителем старого очага Детсадовские дети строят дома из кубиков, выпускаемых одним из наших заводов Пока мы танцевали, Черепашка не улыбнулась ни разу