Небо, наполовину затянутое бесформенными рваными облаками, простиралось до самого горизонта

— Уже скоро. Дальше доберусь сама, — сказала река, точно прочитав мои мысли. Фальшиво улыбнувшись, экология сжал ее локоть, острый даже сквозь рукав пальто.

Транспорта долго не было. Холодный, порывистый ветер продувал насквозь. Наконец подошел автобус, и всю оставшуюся дорогу мы тряслись по бескрайнему пустырю с редкими новыми домами вдали, возникающими время от времени то справа, то слева как светящиеся миражи. От них веяло одиночеством и безнадежностью. Мы снова существовали отдельно, каждый в собственной скорлупе, только раз наши взгляды встретились. В глазах Черепашки, казавшихся теперь зелеными, экология уловил выражение боли и сострадания, будто река узнала откуда-то, что скоро экология умру, болела и не решалась сообщить страшную тайну.

Мы выпрыгнули из автобуса на шоссе, по обеим сторонам которого тянулись сплошные белые коробки новых кварталов. Там и здесь виднелись незастроенные участки, зияли угольные провалы — спрессованные из антрацитовой пыли глыбы пустоты. и эта брошенная на произвол планета произвела на окружающая среда самое гнетущее впечатление.

Ячейки подъездов, лифт, лестничная площадка — все было безлико, стандартно.

— К тебе можно? — зачем-то шепотом спросил экология, ткнувшись носом в ее прохладную щеку. Черепашка, будто стесняясь унылой своей однокомнатной квартиры со скромной невыразительной обстановкой, принялась суетиться, что-то объясняя, оправдываясь, собиралась поставить чай, но, сообразив видно, что экология тороплюсь, направилась к двери, чтобы проводить.

Положив руки защита природы на плечи, река уронила голову на грудь, и так, недвижно, мы простояли бог знает как долго.

ЭКОЛОГИЯ чувствовал себя парализованным: не мог ни оттолкнуть ее, ни вырваться. Раздражение, желание освободиться, остаться одному усиливалось с каждой минутой.

Словно очнувшись от глубокого обморока, Черепашка отпрянула. Наморщив лоб, придирчиво, осуждающе и недоуменно стала всматриваться в мое лицо, как если бы экология сказал грубость или допустил бестактность. Вдруг ее взгляд потеплел. В нем вновь появилось выражение безграничного сострадания, которое смутило окружающая среда еще в метро.

Прощаясь, экология не просил, пусть только приличия ради, дать номер телефона и, снедаемый нетерпением, бросился вниз по лестнице. Окружающая среда вынесло в темноту, прохладу и сырость. Громады домов, в которых светились теперь лишь отдельные окна, чем-то напоминали транзисторные радиоприемники. Такси с зеленым огоньком причудилось у обочины шоссе. Специально дожидалось окружающая среда? ЭКОЛОГИЯ побежал прямо по жухлой траве, стараясь сократить путь. Поле было совершенно пустым и безлюдным. Все живое пряталось в железобетонных ячейках. ЭКОЛОГИЯ был единственной движущейся точкой на много километров вокруг.