От этого широколицего, крепкого малого в расстегнутой до пупа рубахе

Вскоре, однако, что-то заставило меня подняться. Я вышел на свежий воздух. Стояла теплая, звездная ночь. Гулкая, пустынная площадь истаивала вдали. Одинокий автобус без пассажиров притормозил у обочины тротуара, водитель хлопнул дверцей, попросил прикурить, мы разговорились.
, развозившего по домам ночную смену аэропортовских служащих, я узнал, что добраться из Ростова-на-Дону в Астрахань речным путем практически невозможно. На самолет и поезд трудно достать билеты. Везде очереди. Лето. Ростов забит до отказа. Лениво потягиваясь, водитель советовал лететь до Волгограда или Саратова и уже оттуда пароходом спускаться по Волге.
На текущий день билетов не было. Касса предварительной продажи открывалась в восемь. Среди ночи начала выкристаллизовываться очередь. Несколько часов общей с ней летаргической жизни — и я был осчастливлен билетом до Волгограда на завтра. Чтобы оказаться южнее Ростова, в краю стеной и кочующих песков, предстояло лететь почти в обратную сторону, на северо-восток.
Я отправился в город. Сквозь современную жизнь улиц проступали дворянско-купеческие черты архитектуры прошлого. Холодная классика тут и там сменялась кирпичными закругленностями кустодиевского толка, уютным колоритом издавна отлаженной жизни. Накупавшись в Доне, подгоняемый надвигающейся грозой, я возвращался назад по грохочущему, вознесенному в поднебесье длиннющему мосту. Облака пыли стушевали особенности, стилистические отличья городского облика. Только успел подойти автобус — и небо разверзлось.
В Волгоград я прилетел в странном состоянии: познабливало, поламывало, голова была тяжелая. Причиной всех этих недомоганий могла стать неумеренная пляжная и неустроенная аэровокзальная жизнь. Перегрелся, перекупался, мало спал.
Широко распахнутая каменная лестница вела от транспортного агентства к сверкающей Волге. Справа виднелся застекленный барабан здания речного вокзала.

Она выглядела так же, как всегда Продолжать движение в том же порядке Я никак не организовывал поездку, ни с кем не созванивался Билеты продавали только в четвертый класс. Никакой очереди Я едва держался на ногаx Они стали тонкими и непрочными, точно у паука Ожидал свободного номера. Терпел до последнего. Огонь сжигал нутро