Пусть не валяет дурака. Где она проведет ночь?

— Здесь не детский сад. Прошу выйти. Я должен осмотреть больного. Ступайте в машину. Скажите же ей, — нетерпеливо обращается доктор к молодому человеку.
— Иди, Джульетта, — одними губами шепчет больной. У него высокая температура.
Девушка выходит в ванную комнату.
— Она собирается нас подслушивать? — В лице дежурного маниакальная подозрительность. Глаза красны от бессонницы.
«Шизофреник, — думает о нем больной. — Мания преследования».
Врачи прощаются.
— На улице? Мне потом за нее отвечать?
Водитель «скорой» включает зажигание, запускает двигатель.
— Вам одной не добраться, — говорит дежурный устало. — До города далеко.
Слышно, как «скорая» трогается и утихает вдали.
Джульетта, стоя в дверях, рассеянно слушает. Блестящие волосы струятся вдоль опущенных рук. Она при- надлежит другому миру и законам инфекционной больницы не подвластна.
Человек в белом халате с нелепым перстнем недоуменно дергает плечом, поджимает губы, кривит рот. Упрямство взбалмошной барышни действует ему на нервы.
— Ухаживать за больным? Вы когда-нибудь пробовали?
— Нет, — спокойно отвечает Джульетта.
— Будете мыть ноги? — спрашивает больного сестра.
На ней марлевая повязка до глаз. Устрашающий вид.
Она приносит рубашку с черным клеймом, бесформенные штаны, тапочки.
— Расписывайтесь.
Молодой человек переодевается. Больничная одежда кажется шутовским нарядом, карнавальной прихотью.
— Пошли, — говорит сестра.
Джульетта бросается к другу, целует в запекшиеся губы, шепчет: «Я остаюсь», — будто речь идет о продолжении любовного свидания.
Врач смотрит исподлобья, неодобрительно качает головой. Больного уводят.
Идемте, посидите там, — вернувшись, говорит сестра.
Джульетта оказывается в другой комнате — что-то вроде ординаторской, препараторской, процедурной или как там еще называются эти навсегда пропахшие медикаментами помещения, где медицинский персонал пьет чай.
Сестре скучно одной и жаль девушку, и нужно же куда-то убрать ее с глаз долой.

Коленька осуждающе качает головой, смотрит с балкона вниз В Больших Садах на базаре Коленька его часто видит Больной с потухшим взглядом горбится на стуле Ее реакции заторможены. Время остановилось. Еще даже не рассвело Джульетта опасливо присаживается на краешек кровати, оцепенело, сидит час, другой, третий Джульетта продолжает изучать себя в зеркале, в котором отражаются