1890

В декабре 1890 года задули в степях обычные северовосточные ветры с метелями. Казалось, наступивший новый год не предвещал ничего плохого. Но ветры становились все сильнее и сильнее. Они уносили снег и незащищенную землю с одних мест и нагромождали в других. Всюду возникали снежноземляные дюны. Всходы озимых погибли. К тому же засуха в то лето местами продолжалась целые месяцы. Россию постигло народное бедствие — неурожай, охвативший до трети черноземной полосы нашего Отечества. А вслед за малоснежной зимой и сухой весной 1892 года от Кубани до Днестра разразились апрельские пыльные бури. Ждали земледельцы, что вотвот стихнут они, бушевавшие с небольшими перерывами двадцать шесть дней, но бури повторились в июне и августе, а затем в конце декабря — начале января. Во многих местах чернозем был полностью унесен. Засыпало дороги, сады, селения. Поезда не могли двигаться изза заносов. Приходилось откапывать полустанки из сугробов черной пыли и снега. Поднятую в воздух пыль донесло до Польши, Германии, Финляндии и Швеции. Грязные дожди прошли в Новгороде, С.Петербурге и Стокгольме. Зима 1893 года была настоящей «черной зимой». Солнечные лучи не
могли пробиться к земле. Поползли слухи, что началось светопреставление.
Было в народной памяти всякое, но такой беды Россия еще не испытывала.
Из исторических хроник мы знаем, что Руси знакомы неурожаи (и голодовки) от засух — от «вёдра». Редкая по силе засуха разразилась, например, в 1124 году. В несчастный для Руси год битвы на Калке опять случилась засуха, и «мгла тяготила воздух». Засуха и мор были в 1301м, а затем в 1365 году. Долговременные засухи стояли в 1371, 1374 и в 1385 годах. «Великая засуха» случилась и в 1430 году, когда воды истощились, земля и леса горели, люди среди густых облаков дыма не могли видеть друг друга. В лето 1471е была засуха, и «бысть пагуба велика». Помнила Россия и засуху 1525 года, продолжавшуюся с 4 июня по 15 августа, как помнила и последовавшую затем голодную зиму...
И вот XIX век. На его пороге мало кто задумывался, что именно в предстоящем столетии природные бедствия станут частыми гостями в наших степях: сорок неурожайных лет пережил наш народ в этот век. Такие явления, как пыльные бури, со второй половины столетия стали повторяться в среднем через 10—12 лет. Навсегда запомнил земледелец пыльные бури 1837, 1848, 1876 и 1877, 1885 и 1886го и, наконец, страшных 1890—1893 годов. А в середине июня 1896 года пыльная буря, как гигантский смерч, прошла от Западной Сибири через Среднее и Нижнее Поволжье до Украины и далее на запад.
Неурожайные 1834—1835 годы были следствием засухи. Продолжительная засуха случилась в 1871 году, а через пять лет она повторилась. Затем последовало еще шесть засух. И вот что примечательно: как свидетельствуют хроники с X по XVIII век, за восемьсот лет было отмечено сорок засух, то есть в среднем пять за столетие. В XIX столетии уже насчитывается десять крупных засух, то есть в среднем приходится одна «пагуба» на десятилетие. В XX веке губительные засухи случаются в среднем через три года.
Бедственные явления не возникли враз, не появились неожиданно, а были следствием накопления и не всегда заметных сдвигов в степной природе, постепенного процесса, который с течением времени ускорялся. В чем дело? Где причина тому? Все ли в процессе усыхания наших степей можно относить на счет природы, меняющейся циклически не по воле человека? Не связано ли столь стремительное ускорение его с бездумной волей нашей, не несущей благо? И в завершавшемся XIX веке, и в наступавшем XX эти вопросы вставали во всем своем огромном значении, и на них надо было отвечать.
Бедствия, постигшие Россию девяносто лет назад, не могли не всколыхнуть широчайшие слои общественности: земледельцев, агрономов, экономистов, ученых, писателей, философов и государственных деятелей. Каждый день в газетах 1892 года печатались печальные известия из разных мест страны.

Листва Благодетели Единство Засуха В. В. Докучаев Степи