закон о браканьерстве

Однако же пора перейти от акклиматизации к биотехнии. Своеобразным символом биотехнических достижений в охотничьем хозяйстве сейчас стал кабан, или дикая свинья, один из ведущих объектов любительской охоты, желанный трофей охотникаспортсмена. На подкормку, расселение и разведение кабанов расходуются десятки миллионов рублей, и это тоже принято ставить в заслугу, учитывать по той же самой статье «охрана фауны».
«В XI пятилетке общая сумма вложений в воспроизводство охотничьей фауны составляет 103 млн р... Увеличились масштабы скармливания кормов диким животным (неплохо звучит на фоне продовольственных проблем! — Ф. Ш.). В 1980 г. для этих целей было использовано 295,2 тыс. ц сена, 21,5 млн шт. веников (статистика знает все! — Ф. Ш.), 390,5 тыс. ц зерна и комбикормов» . Само собой, что в новых пятилетках планируется рост «скармливания кормов», так что немало добра переведут кабаны, на это они мастера. По своей изначальной природе кабан и впрямь сильный, посвоему красивый зверь, однако очень мало общего с ним имеют те полудикие мелкорослые твари, которые чуть ли не круглый год «пасутся» в охотохозяйствах у подкормочных точек и порой отличаются от домашних только жесткостью мяса и волоса. Что общего между отстрелом подобных зверей с вышек и охотой на дикого вепря? Мне помнится, как в одном из весьма высокопоставленных охотохозяйств егеря гнали «биотехнических кабанов» на цепь стрелков буквально палками (это не преувеличение, а подлинный факт).
Кабан, будучи по своей природе довольно пластичен, легко поддается синантропизации, то есть привыкает к вольготной жизни за счет человека, утрачивая при этом свои исконные свойства. Однако в этом можно видеть не достижение, а скорее экологическое и даже общественное преступление. Ради сомнительного развлечения охотников (причем чаще всего—высокопоставленных) расходуются большие средства и ценные корма, а в результате по лесам и полям бродит множество полудомашних всеядных зверюг, портящих луга и пастбища, уничтожающих гнезда птиц и норы зверей, вредящих ценной растительности и лекарственным травам. Причем отнюдь не всегда такие кабаны охотно расплачиваются за все свои безобразия шкурой и мясом, они порой даже калечат неповинных людей (не только охотников). В редакцию журнала «Охота и охотничье хозяйство» приходит немало писем с требованиями объявить кабана вредным видом и давать премии за его добычу. В этом есть, может быть, резон, особенно если учесть, что по специальному заданию былой Главприроды ученые разрабатывали хитроумные методы защиты сельскохозяйственных угодий от повреждений этими животными (впрочем, эти разработки, как и большинство остальных предложений ВНИИПрироды, остались без последствий). За все это не мешало бы и спросить, а с кого? Не с того же самого отдела Госагропрома СССР, который занимается своими подведомственными охотхозяйствами? Тамошний начальник сектора «охотничьего хозяйства и заповедного дела» (именно так!) Г. Висящев недавно описал успехи одного из таких охотохозяйств (Загорского, под самой Москвой), опыт которого ему хорошо известен. В 1967—1970 годах туда завезли 155 кабанов из Нальчикского госохотохозяйства, а эксплуатация стада началась лишь в 1980 году. Спрашивается в задачке, сколько добра было скормлено кабанам и кто теперь за ними охотится?

международная охрана животных охрана животных в россии браканьерство рыбное браканьерство браканьерство в россии охрана водоемов