ягодная артель

{LANG_STRUCTA_STRUCT_BLOCK_SIMPLE_3}

Слух о ягодной артели действительно прошел по всему колхозу, и у Платонова, куда бы он ни приехал в тот день, везде спрашивали, что такое затевает наш сельсовет? Платонов объяснял и, объясняя, не столько людей убеждал, сколько самого себя. Он находил все новые и новые доказательства необходимости выхода из лесной кооперации и таким образом нащупывал ту, как он называл, теоретическую основу своей идеи, о которой просил профессора Дубровского. Сколько тут было теории, а сколько обыкновенной хозяйственной расчетливости, он не считал, но в идею выхода уверовал окончательно: кооперация тогда нужна, если она выгодна пайщикам; кончилась выгода — конец кооперации; в хозяйстве все должно строиться на интересе. Немаловажным показался ему и вопрос, кто наиболее бережливо способен эксплуатировать природные богатства: объединенный лесхоз, охватывающий весь район и превратившийся в своеобразное ведомство, или колхоз, юридический хозяин всего, что растет в границах его земельных угодий? И он, этот вопрос, неожиданно повернул мысли Платонова на безбалластный метод, за который неоднократно упрекал председателя Сашка Король. «Я ведь в самом деле старался избавиться от всего, что казалось обременительным. Искал полегче и попроще. Дада, если бы во мне си-дела жажда дела, давно бы Чертово болото — и не только болото — было в моих руках. Значит, только потому, что я искал легкой жизни, отказывался от своей же собственности, возникало это безудержное истребительство природы. Я не был хозяином. А коль не был, то и прав своих не заявлял. Хватайте, люди, кто что может, растаскивайте по своим норам и норкам — хозяин процветает на банкротстве. И как это так получилось, что Лешка Котов, вчерашний мальчишкамеханик, оказался умнее меня? Почему он — хозяин, а я не хозяин? Значит, чегото я в нем не видел. И только ли в нем? Вот Королев... Опять грозится спрос мне учинить. Э, да он, оказывается, свою линию гнет. Собирается вести руководителя на вожжах. А меня эти вожжи на дыбы поднимают. Нет, не вожжи — будто я до этого без вожжей ходил? — а извозчик. Сашка Король лезет в извозчики, отбирает вожжи... Мда, вот тебе и клюкваягода, начал с болота, а уперся... Неужели это всерьез — вожжи возьмут в руки короли? Тьфу, черт, и фамилиято как нарочно...»
...Просьба Платонова — «найти у классиков цитатку» — неприятно задела Ивана Николаевича. Вот ведь до чего дошло: не велик хозяйственник — председатель колхоза, а и тот уже требует «научного обоснования» всякой блажи, какая ему в голову придет. Пусть в данном случае и стоящее дело задумано, но возмущает сам факт: обоснуй «цитаткой». Я им, видите ли, мальчик на побегушках. А самто, Юрий Платонович, почему не лезешь в книжку? Окунись, посиди ночку без сна, проветри свою забитую всяким хламом голову мудростью классиков, ан нет, ленишься. Только в лености ли конкретного Платонова причина? Скорее — в культе хозяйственника. В перекосе понятия деловитости. Современный «деловой человек», понимаемый как технократ, возомнил себя такой фигурой, которую все должны обслуживать.

теоретические обоснования гмо применение гмо технические производные агропром радикальная экология