совещания

Легенда легендой, но вот горькая статистика. С 1871 по 1895 год, когда в ставропольских степях пло¬щадь распашки с 15 процентов возросла до 30, было всего 4 пыльные бури. С 1896 по 1920 год (за такой же период) припахали еще 10 процентов земель, и пыльные смерчи бушевали уже 6 раз. За последующие двадцать четыре года (1921 — 1945) дополнительно распахали всего 5 процентов — бури случились 7 раз. С 1946 по 1970 год плуг властвовал на 70 процентах пахотнопригодной площади. А плата? Было 14 пыльных пожаров. В 1969м здесь полностью погибло 758 тысяч гектаров озимых, выдуванию подверглось почти два миллиона.
Что это дало? Ни много ни мало, а до 1500 тонн дополнительного мяса в год. Резерв? И какой!..
хватало основной пищи в восьмипольном севообороте на восемь лет, пока ниве опять дадут отдых.
Химики упирались — при двойном подчинении не выберешься изпод двух огней, но с советом РАПО не считаться не могли, вынуждены были кооперироваться с хозяйствами и вместе ремонтировать истощенные по¬ля.
На 1983 год Шпаковскому району уже не диктова¬лось, сколько, когда и чего сеять. Был только заказ на продукцию, а это меняет ситуацию. Раньше сюда спускали команду: занять зерновыми 56 тысяч гектаров, 50 процентов пашни! При такой структуре подсолнухи возвращались на исходные поля не через восемь лет, а через пятьшесть. Пшеницу по пшенице сеяли два, а то и три года кряду. Отсюда болезни, низкая урожайность.
Площадь под зерновыми здесь не просто сократили, а основательно пересмотрели структуру их посевов. Больше места отвели кукурузе, ячменю. Что касается главного богатства ставропольских степей — озимой пшеницы, то ее решили размещать по пару, гороху, эспарцету, люцерне, обогащающими почву дефицитным азотом.
Сколько же поколений агрономов, председателей колхозов, зоотехников, директоров совхозов мечтало об этой поре! Прятали люцерну за пшеницей, пары выдава¬ли засеянными. Наживали инфаркты, получали выгово¬ры, а берегли, как могли, землю, понимая, что у нее суровая память, что ее не обманешь.
У их преемников руки теперь развязаны. Из краевых инстанций в район вскоре приехали 14 специалистов. Увяли былые краснобаи, виднее стали те, кто действи¬тельно знает дело. Каждый специалист рабочего аппа¬рата РАПО не менее двухтрех дней в неделю проводит в хозяйствах. Молодые называют все это сменой соста¬вов по ходу игры, ветераны — боем с марша. Но и те и другие пристально оглядываются в прошлое, чтобы сделать выводы из ошибок, благих и неблагих намере¬ний, яснее представить день завтрашний.
— Помните большое совещание в ЦК партии во¬семнадцатого апреля восемьдесят третьего года? — раздумчиво говорил Селиванов.— Там прямо отмеча¬лось, что надо обеспечить устойчивость земледелия, переходить на зональные системы. Да, они разработаны практически повсеместно, но внедряются медленно, ре¬комендации ученых и специалистов годами лежат на полках, а земледелие ведется по старинке. Это ведь и про наш район. Что называется, не в бровь, а в глаз. Пора капитально заняться землей...
Потом, знакомясь в управлении сельского хозяйства с залежавшимися бумагами и просто глядя на эти места из окна машины, я не раз вспоминал легенду, услы¬шанную от украинского писателя Александра ЕлисееЕИча Ильченко: когда землю первый раз пахали, то по бороздам текла кровь. Всевышний в своем заоблачном далеке услышал мольбу земли и сказал: «Терпи, в том твое предназначение».

командировки экологические объединения корма ущерб урожаю тяжелые_машины американские тракторы