опыт наблюдения

Наши нивы все чаще страдают от засух, и засухи эти чем дальше, тем глубже вторгаются в регионы, где их никогда не знали. В XVIII веке было 9 острозасушливых лет, в XIX веке — 26, в первой половине нынешнего столетия — 17. Если в первой четверти XIX века отмечен лишь один засушливый год, то в первой четверти XX века их было 9. Почти после каждого из них бушуют черные бури.
Одни ученые происхождение засух объясняют вы¬рубкой лесов, чрезмерной распашкой, перетравливанием пастбищ скотом, что нарушило единство между почвой, влагой и растениями, другие — циклической активностью Солнца, которая порождает области устой-чивого антициклона в ясную теплую погоду. Третьи исследователи объединяют эти два подхода и строят на них свою концепцию, которая тоже до конца не раскры¬вает сути проблемы. В результате рекомендации науки для преодоления засухи и сегодня сводятся к агротехни¬ческим и мелиоративным мероприятиям для удержания естественных осадков, защиты полей лесными ветроло¬мами: орошению, посеву многолетних трав, соблюдению севооборотов. Все эти меры полезны и в разрозненном виде, а еще больше — в комплексе. Но, увы, они не устраняют губительного воздействия зноя на расте¬ния, почву и урожай, а лишь ослабляют удары сти¬хии.
Где же выход?
Недавно я услышал ответ на этот проклятый вопрос многовекового земледелия. Помните донского агронома Прокофия Тихоновича Золотарева? Того самого, кото¬рый выступил на выездной сессии ВАСХНИЛ в Цели¬нограде?
После долгой разлуки Прокофий Тихонович сидит передо мной. Тот же богатырский рост, пристальные черные глаза мыслителя под густющими бровями, почти не тронутая сединой шевелюра... Говорит неторопливо, каждое слово будто чеканит:
— Годы опытов, наблюдения, литература, анализ
фактов привели меня к открытию: почва обладает свой¬ством порождать засуху.
Я остолбенел, в недоумении закрыл глаза, встряхнул даже головой и растерянно выдохнул:
— Быть этого не может!..
Чуть придя в себя, вспомнил Терентия Семеновича Мальцева, который вот так же ошеломил меня когдато, сказав: «Не однолетнее растение убивает землю, а плуг».
— Каким же это образом земля сама на себя
вызывает напасть? — Я в нетерпении уставился на Зо¬лотарева.
И он начал объяснять:
— Земля ничего на себя не вызывает. Вызывать беду заставляем ее мы. Дада... Только лучше изложить все по порядку. Для начала то, что известно. В прошлом поверхность девственной степи вмещала в себя годовые осадки целиком и плавно отдавала воду родникам. Земля была укрыта на полторадва сантиметра отмира¬ющими остатками трав, ниже шла подстилка. Едва высохнув, верхний слой весной разрыхлялся, и всякое испарение влаги тут же прекращалось. Никакого по¬верхностного стока не было.
Земля под подстилкой постоянно лежала влажной. Засух не было, а раститель¬ность развивалась пышно. Теперь установлено, что солнечная радиация за время существования биосферы существенным колебаниям не подвергалась. Зафиксиро¬вано и то, что голая, разрыхленная почва, лишеннаяобработкой растительного покрова, нагревается до пя¬тидесяти, а то и до восьмидесяти двух градусов.

экология воронежской области гумус Охрана почвенных ресурсов Экология будущего Основы экологической безопасности аграрный вопрос